Хантер Байден и его ноутбук: зачем сыну бывшего президента нужен мемкоин?

​Дональд Трамп показал, что известное политическое имя может стоить в криптовалютном мире огромных денег. Теперь Хантер Байден превращает один из самых скандальных эпизодов своей жизни в мемкоин под названием LAPTOP. Это политическая сатира или еще один способ монетизировать известность?

Хантер Байден превращает скандал с ноутбуком в мемкоин

Хантер Байден планирует запустить LAPTOP 9 сентября в сети Base — Ethereum-сети второго уровня, разработанной Coinbase. Токен назван в честь ноутбука, ставшего причиной крупного политического скандала во время президентских выборов в США в 2020 году и раскрывшего подробности деловых отношений и личной жизни Байдена.

Проект описывает токен как способ для Байдена «вернуть контроль над повествованием». Всего будет выпущен 1 миллиард токенов LAPTOP, из которых 30% предназначены для основателей, включая Байдена. Еще 20% выделено на аирдропы, в том числе для некоторых кошельков, понесших убытки из-за мемкоина TRUMP.

Связь с Трампом на этом не заканчивается. Часть предложения токенов связана с прогнозами, результаты которых определят, будут ли токены сожжены или пожертвованы на благотворительность. Один из прогнозов касается того, превысит ли полностью разводненная оценка LAPTOP оценку TRUMP.

Посмотреть публикацию в X Загрузка...

Твит был удалён автором.

Но мы всё сохранили 🙂.

Трамп доказал, что политическая криптовалюта может приносить серьезные деньги

Трамп запустил TRUMP незадолго до возвращения в Белый дом в январе 2025 года. Его рыночная капитализация ненадолго приблизилась к 15 млрд долларов, после чего токен потерял большую часть стоимости и упал примерно на 97% от пикового значения.

Собственный криптовалютный бизнес Трампа показал совсем другой результат. Согласно его последней финансовой декларации, доход Трампа от операций, связанных с криптовалютами, в 2025 году превысил 1,4 млрд долларов, включая около 635 млн долларов роялти от организации, которая, как считается, стоит за TRUMP, и более 500 млн долларов от World Liberty Financial.

Нет доказательств того, что Хантер Байден запустил LAPTOP, увидев доходы Трампа и решив получить свою долю. Однако Трамп продемонстрировал, что политическую известность, лояльность и скандальность можно напрямую конвертировать в торгуемый криптоактив, создав очевидный прецедент для любого человека, чье имя уже привлекает внимание.

От политического скандала к торгуемому активу

Немногие вещи, связанные с Хантером Байденом, узнаваемы сильнее, чем ноутбук, сопровождавший его на протяжении многих лет политических скандалов. Его содержимое стало источником новостных публикаций, расследований Конгресса, политических нападок и бесчисленных мемов, в значительной степени лишив Байдена контроля над тем, что именно этот ноутбук символизировал. Теперь LAPTOP пытается изменить эту динамику, превратив сам скандал в часть продукта.

Такой подход естественным образом соответствует экономике мемкоинов. Значительную часть стоимости мемкоин может получать за счет внимания, сообщества и готовности трейдеров спекулировать на узнаваемой идее. У Хантера Байдена уже есть та узнаваемость и скандальность, на создание которых большинству новых криптопроектов приходится тратить значительные усилия.

Байден также все более позитивно высказывается о криптовалютах. «Децентрализованная цифровая валюта и блокчейн — неизбежное будущее», — написал он в X в июне. Тем не менее он критиковал проект World Liberty Financial семьи Трампа, оказавшись в необычном положении: критиковать криптовалютный бизнес одной политической семьи, одновременно связывая собственное имя и личную историю со спекулятивным токеном.

Криптотрейдеры не обязательно покупают эту шутку

До первой официальной сделки LAPTOP уже столкнулся с противодействием со стороны некоторых представителей криптосообщества. Kraken удалил публикацию в социальных сетях, рекламировавшую токен, после критики, а журналист Эндрю Каллаган заявил, что ни он, ни его медиакомпания Channel 5 не связаны с проектом после того, как список рассылки, связанный с ним, оказался среди групп, имеющих право на аирдроп.

Представитель Base также подчеркнул, что LAPTOP не имеет партнерских отношений с Coinbase или Base. Эти реакции показывают, что имя Байдена может привлечь внимание еще до запуска, однако криптоиндустрия встречает проект далеко не однозначно.

Можно ли запретить политикам запускать мемкоины?

LAPTOP появляется в то время, когда законодатели США обсуждают, следует ли разрешить государственным должностным лицам выпускать цифровые активы. Сенатор Кирстен Джиллибранд выступила за запрет для избранных должностных лиц и их супругов выпускать или спонсировать такие активы, а предлагаемые нормы криптоэтики предусматривают аналогичные ограничения для высокопоставленных федеральных чиновников.

Однако Хантер Байден не занимает государственных должностей, поэтому ограничения, направленные на избранных представителей, автоматически не помешают ему запустить мемкоин. Но LAPTOP расширяет этическую проблему, поскольку коммерческая ценность политики не обязательно заканчивается на самих политиках. Их родственники также могут обладать известными именами и большой аудиторией, ценность которых бывает трудно отделить от политики.

Нужен ли Америке еще один политический мемкоин?

Насколько трейдеры оценят LAPTOP, станет понятнее после начала торгов. Но Хантеру Байдену не нужно сравниваться с доходами Трампа от криптовалют, чтобы этот эксперимент оказался показательным. Сам факт того, что один из самых разрушительных скандалов, связанных с его именем, теперь можно упаковать, превратить в бренд и вывести на торги, показывает, насколько политические мемкоины вышли за рамки простых интернет-шуток.

Это создает проблему, с которой законодатели только начинают разбираться. Ограничения для избранных должностных лиц могут устранить наиболее очевидные конфликты интересов, но LAPTOP показывает, что политическая известность выходит далеко за пределы самих обладателей государственных должностей. Более сложный вопрос заключается не только в том, кому следует разрешить запускать токены, но и в том, в какой момент монетизация известного имени превращается в монетизацию политического влияния.