Твит был удалён автором.
Но мы всё сохранили 🙂.
Победа Петера Мадяра на парламентских выборах в Венгрии положила конец 16-летнему правлению Виктора Орбана. Новый курс власти обещает сближение с ЕС и демонтаж ключевых элементов прежней системы, включая спорные экономические и регуляторные решения. Но станет ли это переломным моментом для криптоиндустрии, которая при Орбане оказалась под жестким давлением?
В Венгрии 12 апреля состоялись парламентские выборы, по итогам которых оппозиционная партия «Тиса» во главе с Петером Мадяром одержала уверенную победу. После обработки около 99% голосов партия получила 138 мандатов – более двух третей парламента и конституционное большинство.
Партия Виктора Орбана «Фидес», находившаяся у власти 16 лет, получила лишь 55 мест, уступив с большим отрывом. Сам Орбан признал поражение уже в ночь после голосования и поздравил оппозицию с победой.
Явка составила более 74% – это один из самых высоких показателей в современной истории страны. При таком раскладе исход выборов стал очевиден еще на этапе подсчета голосов: на платформе Polymarket вероятность победы Петера Мадяра быстро выросла до 98%, тогда как шансы Виктора Орбана упали до 2%.
Победа Мадяра означает не просто смену власти. Виктор Орбан на протяжении последних лет строил политику на дистанцировании от ЕС, регулярно блокировал решения Брюсселя и выстраивал более тесные отношения с Россией. Это касалось как внешней политики, так и экономических решений внутри страны.
Петер Мадяр, напротив, выступает за возвращение Венгрии в европейскую повестку, пишет Bloomberg. Он уже заявил о намерении восстановить отношения с ЕС и НАТО, а также разблокировать доступ к миллиардам евро, которые были заморожены из-за претензий к Венгрии по вопросам коррупции и верховенства права.
Различия заметны и в экономике. При Орбане государство активно вмешивалось в ключевые отрасли, а курс форинта и инфляция часто становились инструментами политической повестки. Новый курс предполагает более прозрачную финансовую систему и выполнение требований ЕС, включая контроль дефицита бюджета и инфляции.
Отдельный вопрос – регулирование новых рынков, включая криптоиндустрию. Именно здесь различия между подходами могут оказаться наиболее заметными.
При Викторе Орбане Венгрия ввела одно из самых жестких регулирований крипторынка в Европе. Для работы криптокомпании должны были проходить специальную «валидацию» – отдельную процедуру сертификации, которая выходила за рамки общеевропейского регулирования MiCA.
За нарушение этих требований предусматривалась не только административная, но и уголовная ответственность. Это создало дополнительные риски для бизнеса и фактически отпугнуло часть международных игроков от работы на венгерском рынке.
В 2025 году на фоне ужесточения правил ряд крупных сервисов начал ограничивать работу с венгерскими пользователями. В частности, Revolut и криптобиржа Bitstamp приостановили предоставление услуг в стране после введения новых норм, криминализирующих отдельные операции с цифровыми активами.
Такая политика вызвала вопросы и у Евросоюза. Еврокомиссия начала разбирательство против Венгрии из-за этих ограничений, посчитав, что местные правила нарушают общеевропейские нормы MiCA и создают лишние барьеры для криптобизнеса.
С приходом Петера Мадяра рынок Венгрии ждет смягчения правил. Новое правительство, скорее всего, откажется от дополнительных требований к криптокомпаниям и приведет регулирование в соответствие с общеевропейским MiCA без национальных «надстроек».
Это может снять ключевые барьеры для бизнеса. Компании, которые ранее ограничили работу в Венгрии, смогут вернуться на рынок, а новые игроки – заходить без риска столкнуться с отдельными локальными требованиями и уголовными санкциями.
Изменения важны не только для самой Венгрии. Если страна откажется от жесткого подхода Орбана, это станет сигналом для других государств ЕС не ужесточать правила сверх MiCA и придерживаться единых стандартов.
Пока окончательные решения не приняты, но сам результат выборов уже меняет ожидания рынка – участники закладывают сценарий, при котором Венгрия из одного из самых жестко регулируемых рынков может превратиться в более открытую юрисдикцию для криптобизнеса.